Первая ночь на афганской земле прошла беспокойно. Я уже стал привыкать к походной кровати и чудесно бы выспался, если бы не комары. Контрольный пункт пропуска «Ширхан-Бандар» находится на берегу реки Пяндж и гнуса крылатого там немерено.
Пока ходил по территории терминала, то ещё худо-бедно отмахивался, периодически выгоняя мошкару из ушей. Но потом афганцы затеяли досмотр машины и распахнули все двери настежь на площадке в полутора сотнях метров от воды. Здесь уже вся оборона рухнула, кровососы заполонили автомобиль и затаились. Всю ночь я боролся с ними, прячась под одеяло и убивая самых наглых. Когда же терпению пришёл конец, я собрался и в утренних сумерках пустился в дорогу на Кабул.
04.05.2024. Пройдено 327 километров.
Первой важной точкой на этом пути был город Кундуз. Здесь необходимо поменять доллары на афгани и приобрести сим-карту. Расстояние до города всего шестьдесят километров, дорога неплохая, время раннее и я принимаю решение остановиться и позавтракать.
Из-за поворота появился какой-то сарайчик, а за ним — удобная площадка (37.141326, 68.701101). Съехал с дороги, устроился на стоянку, достал посуду и продукты. Ещё не успел зажечь горелку — из сарайчика появляется пара человек и направляются в мою сторону. Мать честная, это оказывается пост опричников! Это я удачно припарковался…
И, сразу, необходимое пояснение. Слово «Талибан» и производные от него запрещены во многих странах мира. Чтобы каждый раз не ставить звёздочку после употребления этого слова и не писать, что это запрещённое движение (хотя, какое оно запрещённое…) я буду использовать слово «опричники» для обозначения этих людей. По сути, достаточно верное определение.
Важное обновление.
Жизнь не стоит на месте. Только-только определился с терминологией, как на тебе… Россия собирается исключить Талибан из списка террористических группировок. Об этом, практически в одно время и одними словами, сообщили «Голос Америки» и «Би-Би-Си». Думаю, что не за горами и дипломатическое признание. Казахстан пошёл ещё дальше, исключив Талибан из списка запрещённых организаций.
Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев заявил об этом на заседании Совета Парламентской ассамблеи ОДКБ. По его словам, одной из стратегических задач является «активное вовлечение Афганистана в межрегиональные связи». Он также призвал поддержать инициативу Казахстана по созданию регионального центра ООН по целям устойчивого развития для Центральной Азии и Афганистана. Так что моё ограничение в терминологии уже не столь актуально. Буду в дальнейшем использовать оба этих слова — как талибы, так и опричники. Сути это не меняет.
Кстати, о «Голосе Америки». Не, ну а чо, солидное издание. Солидное и страшно демократичное. Написал комментарий под упомянутой выше статьёй. Был, мол, недавно в Афганистане, всё прошло благополучно, могу поделиться впечатлениями. Комментарий, естественно, тут же удалили. Ибо нефиг! Да и Ютуб не стремится ставить мои ролики о встречах с талибами в результаты поиска. Ну а теперь расскажу о первой беседе с местным населением.
Завтрак с опричниками.
Подошли, значит, они ко мне. Поздоровались, я ответил — доброе утро. Смотрят внимательно, спрашивают документы. Отдаю паспорт и Road Pass. Разглядывают, листают страницы, обсуждают увиденное. Постепенно выясняют, что я русский, турист из Казахстана. О, русси, русси! Одобрительно кивают головой. Объясняю, что еду на своей машине из Алма-Аты через Узбекистан и Таджикистан. Хочу проехать по всему Афганистану и выйти через Мазари-Шариф и Хайратон. Восторг усиливается. Предлагают пойти к ним в сторожку пить чай. С благодарностью отказываюсь. Говорю, что всё есть своё.
Обсказал всё это подробно, потому что такой разговор повторялся практически полностью и в дальнейшем, почти на все подобных блок-постах. Конечно, если на въезде в населённый пункт стоит постовой и смотрит все машины подряд, тогда не до бесед. Но если притормозили именно меня, как иностранца, то общение почти всегда шло по описанному сценарию. Иногда, правда, сначала настороженно спрашивали — не немец/англичанин/американец ли я. Узнав истину, успокаивались. Или, наоборот, радовались. Даже вспоминали что-то на русском.
Но это всё потом. На этой встрече по-русски не говорили, но принесли две лепёшки и скамейку — садись, завтракай. Лепёшки с благодарностью принял, отдарился упаковкой томатного сока. Пьют, смеются — помидор, помидор.. От скамейки отказался. И так сижу всю дорогу, говорю, надо немного постоять. Одобрили. Пока вода закипала, нафотографировались от души. 🙂 Позавтракал. Собрал всё, попрощался с каждым и в дорогу, на Кундуз.
Провинция Кундуз.
Регион с бурным прошлым и спокойным настоящим. Ворота в Центральную Азию из Азии Южной. Здесь проходят дороги, связывающие Афганистан с Узбекистаном и Таджикистаном. Вот по второй дороге я сейчас и еду. Она идёт, в основном, по пустынной степи. Вокруг зелено, но это временно. Летом здесь очень тепло и сухо. Окрестности приобретают жилой вид лишь непосредственно перед въездом в город Кундуз. Вскоре, на холме, обнаруживаются развалины старой крепости. Решаю заехать.
Карта Гугл подтверждает наличие этой достопримечательности (36.743264, 68.868625), но внешний вид и внутреннее убранство свидетельствуют обратное. Вокруг достаточно грязно и натуралистически разрушено. Сильно не углубляюсь на территорию фортеции, довольствуюсь первыми впечатлениями и совместными фото с моджахедом, охраняющим объект.
Хамидулла, моджахед. Так он сам представился. Разрешил мне заехать за шлагбаум, посмотреть вокруг и сфотографировать всё, что душе угодно. Судя по возрасту, вполне мог быть участником событий сорокалетней давности. Но сейчас моджахед и шурави оживлённо пообщались жестами и улыбками, сбацали совместный автопортрет и расстались, вполне довольные друг другом. Положительная карма продолжала своё действие.
Город Кундуз.
Здесь мне надо поменять валюту и купить сим-карту. Банк открывается в 8.00, приходится подождать минут сорок. Народу на улице много, остановился рядом с закусочной, которая уже работает вовсю. Достаю фотоаппарат, собираюсь сделать пару снимков. Практически из всех лавок вываливает народ и настойчиво предлагает себя в качестве фотомодели. Афганцы любят фотографироваться. Щёлкаю камерой направо и налево, не жалея плёнки. 🙂
Постепенно ажиотаж спадает, лавочники расходятся по рабочим местам. Наступает очередь прохожих. Аксакал выражает желание позировать на фоне моей машины. Не смею отказать.
На резвом «скакуне», покрытым ковром как попоной, к закусочной подъезжает парнишка с «калашниковым» поперёк седла. Припарковав мотоцикл рядом со мной и прихватив оружие, заходит в кебабную. Наблюдаю, сидя в машине, снимать процесс парковки рука не поднимается. Уже потом, уходя в банк, сделал снимок этой красоты.
Банк в Кундузе.
За пять минут до открытия подхожу к воротам банка. Охранник в камуфляже и бронежилете. На плече автомат, на груди три рожка к нему. Пяток ожидающих клиентов, в числе которых две женщины, закрытые по полной программе. Для них, кстати, в банках отдельная стойка и очередь. Время вышло, клерк открывает изнутри калитку. Охранник пропускает меня по знакомству первым, предварительно ощупав с головы до ног.
Почему — по знакомству? Дело в том, что увидев банк на другой стороне дороги, я немного проехал, остановился и пошёл узнать что-почём. По причине раннего часа банк был закрыт. Уже было направился обратно, к машине, когда вижу, что какой-то человек заходит в ворота. Я к нему — подожди, товарисч! Это был охранник банка, ходил за лепёшкой для завтрака. Какая удачная встреча! Всего несколько минут жестикуляций и я уже знаю, что двери распахнутся через сорок минут и деньги мне поменяют без проблем. Но это ещё не всё.
Поняв, что перед ним турист, зовёт пить чай. Соглашаюсь, становится интересно — куда пойдём. Заходим на территорию банка, в комнату охраны. Там ещё один охранник раскладывает на полу скатерть-самобранку. На стене висят стволы вперемешку с амуницией. Садимся за «стол» втроём, на завтрак картофель-фри, лепёшка, жидкий чай. Выбираю только напиток — спасибо, не голоден. По мере сил общаемся. Завершив чайную церемонию, благодарю и ухожу в машину за документами. Вот этот вот охранник и пустит потом меня в банк.
Ну а в банке всё было просто и быстро. Отдал сто долларов, получил 7140 афгани (вот такой курс определили) и направился на поиски офиса оператора сотовой связи. Ещё один уличный кадр между делом. Афганцы очень любят фотографироваться.
Мобильная связь в Кундузе.
Примерное направление к ближайшему офису оператора сотовой связи мне указали около кебабной. Чтобы ответить на мой вопрос, народу собралось больше, чем на фотосессию. Крутили-вертели навигатор, разглядывали карту Кундуза со всех сторон. Наконец определились — вот, здесь! Поблагодарил и поехал. В указанной точке ничего не оказалось, но направление было указано правильно. Проехал чуть дальше — на перекрёстке стоят трое: полицейский в форме и гражданские, с одним автоматом на двоих.
Сим-карту? Да нет проблем, поехали! Один из гражданских лезет ко мне в машину. К счастью, тот, который без оружия. Вперёд, направо, ещё вперёд. Давай развернись, а то проехали. Так, сейчас налево. Стоп, приехали. Компания Etisalat Afghanistan — «дочка» известной эмиратской компании. Секьюрити на входе хлопает по карманам, работа такая. Там, по ходу дела, никуда просто так не войдёшь…
Выбираю интернет-пакет 15 Гб на две недели за 560 афгани. Англоговорящий клерк оформляет бумаги, делает копию моего паспорта и отпечаток одного моего пальца. Во как! Вроде всё закончил, протягиваю ему деньги — не берёт. Вы, говорит, гость. Это подарок. Нет, говорю, не могу принять. Хочешь — сделай скидку, но деньги возьми. Соглашается, берёт купюру в 1000 афгани, уходит в кассу. Приносит три чека и сдачи, 280 афгани. Остальное ушло в счёт оплаты за пакет и собственно сим-карту. Сделал скидку для гостя… Поняли? Я тоже. Внешне невозмутимый, но ржущий в душе, я покидаю гостеприимный офис оператора сотовой связи. Восток дело тонкое, Петруха! 🙂 Кундуз позади. Впереди меня ждёт дорога на перевал Саланг.
Провинция Баглан.
От Кундуза до Кабула 320 километров. Три пятых этого пути — 180 вёрст — дорога идёт по территории этой провинции, населённой преимущественно таджиками. Долго еду вдоль реки Кундуз, плавно поднимаясь выше и выше. Горы Гиндукуша постепенно обступают меня со всех сторон дружной компанией. Состояние дороги пока радует, на трассе асфальт весьма изрядный. В посёлках дорога чаще беда, что компенсируется приятными видами на долину реки.
Начинают появляться первые признаки приближения перевала Саланг. Это очереди из полутора — двух сотен тяжёлых грузовиков. Стоят на месте, судя по всему, часами. Моторы заглушены, водилы плещутся в реке. Довольно-таки тепло, даже жарко. В машине работает кондиционер, на полик пассажирского места начинает капать вода. Проленьтяйничал перед отъездом, не почистил сливное отверстие. Нахожу эстакаду, чтобы подлезть под машину и продуть компрессором. Вроде решил проблему. Хотя, может быть, просто стало прохладнее, пошёл подъём на перевал.
Я прощаюсь с рекой Кундуз на высоте примерно 800 м.н.у.м. Впереди Северный портал тоннеля Саланг, который находится на высоте 3400 м.н.у.м. Эти две тысячи шестьсот метров высоты надо набрать за шестьдесят километров пути. Дорога лезет в гору с упрямством ишака. Асфальту эта затея не по душе, и он оставляет нас. Стоящие вдоль дороги очереди из большегрузов становятся обыденностью. Мощённая крупным булыжником проезжая часть напоминает знакомые из истории римские дороги времён Рождества Христова.
Перевал Саланг. 3878 метров.
Дорога, к счастью, проходит на несколько сотен метров ниже. Тоннель длинной два с половиной километра — типичное наследие тяжёлого советского режима. Результат труда московских метростроевцев уже шестьдесят лет эксплуатируется и в хвост и в гриву. За двадцать лет существования проамериканского режима янки не озаботились оказанием подобной шефской помощи братскому народу Афганистана. Напрочь угробить тоннель также не получилось. До ремонта, судя по всему, руки у теперешних властей не доходят. Пока полз в темноте по лужам и колдобинам, с любовью и нежностью вспоминал пятикилометровый тоннель «Шахристон» в Таджикистане. Никогда больше не буду называть его грязным и вонючим!
Двадцать минут сплошного ада закончились благополучно. Наступило райское наслаждение от свежего воздуха и ощущения безопасности. Как ни крути, а факт остаётся фактом: в 1982 году из-за взрыва бензовоза в тоннеле погибло 176 человек. Да и двумя годами раньше 16 наших солдат задохнулись здесь выхлопными газами. Говорят, что у северного въезда в тоннель есть старый советский обелиск времён афганской войны. Не заметил, к сожалению.
Фотография сделана у южного въезда. Внизу видна дорога на Кабул. Выскочил из машины фотографироваться как босяк, в тапках на голую ногу. А там холодный снег и грязная грязь. Стою, дрожу, фотографирую. Рядом ходят, одетые по сезону, афганцы из дорожной службы. Один, вроде бригадир, подходит ко мне поближе. Видя моё восхищение окружающим пейзажем, громко произносит — вабще ох**ть! Дружно ржём на весь Гиндукуш. Приятно встретить на чужбине носителя великого и могучего.
Провинция Парван.
Начинается на перевале Саланг, так что заезжаешь в тоннель из провинции Баглан, а выезжаешь уже в Парван. С южной стороны перевала дорога ещё хуже. Нет, не так. Хуже уже некуда, просто участок без асфальта здесь длиннее раза в два. С севера до перевала пятнадцать километров колдобин. Здесь, с южной тёплой стороны, около тридцати. К тому же дорога узкая. И уже стемнело. А до цивилизации ещё далеко.
Толпа машин разного калибра радостно прётся вниз. Зачастую в три ряда, о встречных не думают. В три ряда! Это там, где и для двух рядов места маловато. Но, это на мой дилетантский взгляд. Юркие афганцы на мелких пузотёрках лезут в любую щель. Междугородные автобусы прут внаглую не задумываясь. Большегрузы временами матерно взрёвывают, но их мало кто слушает. Слева отвесная скала, уходящая тёмное небо. Справа стена грузовиков отделяет тебя от неизвестности. Полная безопасность, чего ещё надо?
Особенности национальных дорог.
Один раз движуха застыла на полчаса. Народ забегал, разгребая затор. Я тоже поездил туды-сюды, выполняя указания смотрящих и разводящих. Сильно захотелось покурить. Вспомнил, что бросил полтора года назад, и курить не стал. Сказалось наличие громадной силы воли и отсутствие сигарет. Два небольших затора, минут по пять каждый, промелькнули незаметно под музыку Pink Floyd. Композиция Time из концерта The Dark Side of the Moon зашла душевно. Эх, ещё бы покурить… 🙂
Провинция Парван — это Баграм и Чарикар. Баграмский аэропорт и Чарикарская «зелёнка». Попытка проникнуть на территорию бывшей советской авиабазы будет предпринята завтра. А сейчас, достигнув цивилизации, асфальта и границ «зелёнки» я останавливаюсь на ночлег. Огромная площадка, используемая как парковка для дальнобоев, очень длинна, но узка. Хоть и постарался прижаться к противоположному краю, но от потока машин меня отделяло не более двадцати метров. Как оказалось, эта дорога never sleep. Но мне уже пофиг! Проваливаюсь в глубокий сон без сновидений.
05.05.2024. Пройдено 153 километра.
Да, всего-навсего 153 километра… Основным пунктом программы был Кабул, по нему не разгонишься. Но начался день с посещения ступы Топдара, одной из сохранившейся буддийской святыни Афганистана. Прихлёбывая утренний кофе и намечая маршрут, был приятно удивлён — от места ночёвки до первой достопримечательности текущего дня оказалась менее двадцати километров. Это я удачно припарковался…
Местность, по которой сейчас еду, в своё время называлось «Чарикарской зелёнкой». От выхода из горного ущелья и до поворота на Баграм двадцать пять километров. Ровно в середине этого пути находится город Чарикар — столица провинции Парван. Дорога проходит по краю обширной равнины, заросшей невысокими деревьями и засаженной густыми плантациями винограда. В своё время — идеальное место для душманских засад и нападений на наши военные колонны.
Сейчас это абсолютно мирная территория. Но контроль присутствует. Начал подниматься по серпантину к ступе — навстречу идёт пастух с собакой. Хотел проехать мимо — машет рукой, достаёт из кармана рацию. Остановился, показал паспорт. Объяснил ему, куда я еду. Расстались, вроде, мирно. Охраняющие достопримечательность опричники, по крайней мере, мне претензий не предъявили.
Буддийская Ступа Топдара (34.988718, 69.119096).
В тот день я был первым посетителем. Скажу больше — я был первым и единственным посетителем дня, недели и, возможно, месяца. Иностранный турист здесь появляется редко. Хотя место древнее и ступе этой, по слухам, уже почти 2000 лет. Она была описана в середине XIX века как ), как «возможно, наиболее полный и красивый памятник такого рода в этих странах». Ну а после уничтожения знаменитых бамианских статуй Будды, первенство ступы сомнений не вызывает.
Рядом пост опричников. Пока пристроил машину на узкую площадку, уже подошли двое. Приветствие, проверка документов, беседа. Объясняю, что турист, хочу посмотреть и сфотографировать. Посоветовались они и решили — можно. Завели на территорию «объекта», махнули рукой: иди, мол, любуйся. Сами пошли к своему домику, что стоял чуть выше на склоне горы.
Обошёл вокруг, посмотрел, запечатлел. Видно, что реставрировали. Делали это в 2016 — 2019 годах. Видно, что сейчас это дело прекратили. Но не забросили, не уничтожили, охраняют. Вокруг чисто, аккуратно. Опять же — хорошая дорога почти до самого места проведена. А место такое, что вся долина внизу как на ладони. И тишина… «Полное отторжение от бренона».
Баграм.
Город в провинции Парван. Ничего интересного не представляет. Так бы и проехал мимо, даже не обратив внимания. Но, если бы не аэропорт, точнее военно-воздушная база. Можно сказать — градообразующее предприятие. 🙂 Крупнейший авиационный транспортный узел Афганистана. В своё время использовался Советским Союзом, затем здесь сидели американцы. Вот такое чудо стоит перед въездом на территорию базы, ворота видны справа (34.934616, 69.236955).
Не мудрствуя лукаво, я зарулил на базу. Встал перед КПП и заявил охране, что хочу проехать внутрь. Ребятки слегка опешили. Придя в себя, минут через десять, стали вызывать подмогу. Пока она ехала к нам, фотографировались и беседовали за жизнь. Особенно старался чубатый боец, что на фото в центре.
Подъехало начальство. Что да как, зачем да почему. Турист, говорю. Русский турист из Казахстана. Шурави, можно сказать. Сначала они сильно удивились. Хорошо, что был переводчик, объяснил подробно. Хочу глянуть на места, тесно связанные с историей моей страны. Понимаем, говорят, понимаем. Но это действующий военный объект. Принесите письмо от министерства обороны, и мы всё покажем. Жаль, говорю, но из Кабула поеду назад другой дорогой. На том и расстались. На память остались лишь фотографии опричников и нелепой фигурки самолёта на вершине стелы.
Провинция Кабул. Автомойка по-афгански.
Перед началом путешествия машину я помыл. Особенно тщательно, конечно, внутри. Но и снаружи она смотрелась вполне достойно для заграничного турне. Красота закончилась на перевале Саланг. Несколько раз меня окатили грязью из луж, несколько раз я ответил тем же. Как выглядела машина после этого, частично видно на фото выше, с опричниками Баграма. Там, правда, всего кусочек, но уже понятно — ехать так дальше нельзя.
Тем более, что впереди Кабул. А это не только столица, но и самый известный, самый крупный город страны — более 4 000 000 жителей. А вместе с населением провинции почти восемь миллионов наберётся. К тому же посещение культурных достопримечательностей и контакты с чиновниками от туризма. И я тут такой, на грязной машине… Срочно надо помыться!
Вопрос был решён достаточно быстро. Ещё вчера вечером, когда начался асфальт после перевала, было замечено большое количество автомоек. Мылись всё, от мала до велика, микролитражки и фуры. Но вчера мне лень было плескаться, а сейчас отступать уже некуда. Первая же встреченная автомойка приняла меня как родного. И помыла всего за 150 афгани. Включая промывку брюшка машинки.
Миссия в Кабуле.
Здесь у меня по плану семь достопримечательностей, прогулка по центру столицы, контакты с представителем министерства информации и культуры, валютная операция, посещение АЗС. Начал с последнего, поскольку уже загорелась лампочка уровня топлива. Выбрал заправку поприличнее и налил литров тридцать на пробу. Бензин АИ-92 по цене 63 афгани за литр на общую сумму 2000. По городу пока хватит, потом налью полный бак, если всё нормально будет.
Затем поехал в Кабульский национальный музей (34.467077, 69.120254). На кассе запросили 100 афгани за вход и 200 за разрешение на фото-видео съёмку. Стошку отдал, за остальное жаба задавила. И правильно задавила. Там и смотреть-то особо нечего, не то, что снимать. Посетителей мало. Два парня, по виду из Юго-Восточной Азии, двое-трое местных, да я. Уже на выходе повстречал долговязого европейца, окружённого сервисной командой. Ведут его на осмотр музея, плотно обступив, дабы не убежал раньше времени. Порадовался за свой самодеятельный туризм.
Хотя, вполне может быть, что изначально в музее было веселее. Потом, в 1996 году, его сильно разграбили, многое уничтожили, что-то вывезли. Затем восстановили и открыли заново в 2004 году. Но, по ходу дела, за двадцать лет восстановить былое величие не удалось. Да и было ли оно? Кадры, которые я смог сделать из-под полы, ничего интересного не запечатлели. Разве что огромное ружьё, мечту древнего охотника на уток. Видео с кадрами из музея будет ниже.
Дар уль-Аман и дворец Амина.
Оба здания находятся неподалёку от музея. Оба построены в 20-е годы прошлого века немецкими архитекторами и это заметно. Дворец Дар уль-Аман совсем рядом, его территория начинается через дорогу. Аманулла-хан, провозгласив независимость Афганистана, заказал дворец для парламента страны. Германцы расстарались и украсили крышу этаким подобием куполов.
Дворец Тадж-Бек (34.454943, 69.113326), стоящий немного в отдалении и созданный для проживания королевской семьи, смотрится строже. Известен также под названием Дворец Амина. Именно этот дом штурмовали «Мусульманский батальон», «Зенит» и «Гром». Спецоперация называлась «Шторм 333» и была проведена 27 декабря 1979 года. В 80-е годы здесь находился штаб 40-й армии.
Фото я, конечно, сделал. Но попасть внутрь сейчас не реально. Оба здания отреставрированы, используются нынешней властью по назначению и хорошо огорожены. Честно говоря, даже снимая издалека, я опасался возможных проблем. Подойдёт какой-нибудь опричник и гаркнет — пошто государево имущество фоткаешь? А там и до зиндана рукой подать… Но, всё обошлось благополучно.
Сады Бабура и крепость Бала-Хиссар.
Эти две достопримечательности Кабула я не посмотрел. Нет, я честно приехал к воротам парка, где находится гробница Бабура. Ещё не вышел из машины — подбегает ко мне удалец и объявляет цену стоянки авто в размере 150 афгани. А потом ещё и за вход нужно заплатить 600 афгани. И, вроде, за фотосъёмку тоже, точно не помню. Короче, не настолько я религиозен и любопытен, чтобы отдавать деньги за посещение кладбища (34.502478, 69.157280). Пусть, даже, и озеленённого. Развернулся и поехал дальше, даже входные ворота снимать не стал.
А на территорию крепости, я и проникнуть не пытался. Там в полный рост военная база талибов. Поехал смотреть крепость после посещения мечети Ид-Гах. Разговорился с охраной мечети (фото будут ниже), они мне и сказали, что в крепость зайти не получится. Но посмотреть со стороны можно. А фотографировать можно, спрашиваю? Можно, наверное, отвечают. Но, как-то неуверенно. Смотри, говорю — если меня возьмут за шкирку, я тебя сразу сдам.
Так что припарковался я метрах в пятистах от объекта и шпионским телеобъективом сделал несколько снимков из машины. Мешают столбы и провода, но крепость (34.506270, 69.191294) видно. И укреплённые позиции талибов тоже. И серьезное ограждение по периметру зоны. Сама крепостная стена далеко не нова, но смотрится внушительно. Возможно, как-нибудь потом, когда выведут гарнизон, реставрируют цитадель и откроют для туристов, снова приеду посмотреть… 🙂
Мечеть Ид-Гах, символ независимости Афганистана.
Самая большая мечеть в Кабуле. Здесь эмир Аманулла-хан в 1919 г. объявил о независимости Афганистана. Центр религиозной жизни города. Огромная красиво благоустроенная территория (34.517923, 69.190757). В момент моего визита была наглухо закрыта на замок по случаю выходного дня. Но, зайти на территорию и сделать снимки удалось. Удалось, на удивление, быстро и просто. Вот как это вышло.
Подъезжаю к воротам, паркуюсь неподалёку и направляюсь к калитке. Тут же обнаруживается молодой опричник со стрелковым оружием — куда, зачем? Да вот, говорю, мечеть бы глянуть. Появляется второй, без оружия. Но, со знанием английского. Выслушивает мои пожелания, проверяет документы. Сейчас, говорит, минутку. Уходит и быстро возвращается. Пойдёмте, говорит. Мечеть сегодня закрыта, но я договорился с охраной, нас пустят посмотреть и сфотографировать. Это вид входных ворот изнутри.
В здание мечети я не заходил, такой цели не было изначально. А снаружи походил, посмотрел без ограничений. Потом затеяли большую совместную фотосессию. Участвовали все — охрана наружная, охрана внутренняя и я. Опять щёлкаю камерой направо и налево. Афганцы очень любят фотографироваться. Все фото выкладывать не буду, ограничусь одной картинкой. Оружие, кстати, совсем не характерное. Как правило, вооружены талибы АК-47.
Кабул. Chicken Street, Куриная улица.
Чиккен Стрит — узкая улица, расположенная в центре Кабула (34.527759, 69.169823). В своё время была культовая торговая улица города, популярная среди иностранцев. Известна своими коврами, изделиями ручной работы и антиквариатом. А также многочисленными закусочными. При американцах жизнь здесь кипела, сейчас едва теплится. Народа немного, покупатели практически отсутствуют. Парковку нашёл очень быстро, а это показатель. Уличного менялы, что на фото, сначала на месте не оказалась — чаёвничал в соседней лавке.
Все жалуются на жизнь — нет туристов, нет торговли. Но власть никто не ругает. Говорят, что сейчас стало спокойно. Интереса ради приценился к образцам «антиквариата». Изначально цены заламывают, что мама не горюй. Потом постепенно сбрасывают половину от названного. Цепляются за посетителя до последнего. Купил пару сувениров домой. Эх, надо было начинать торговаться от трети цены… Английский язык знают многие. А вот этот ювелир ещё и по-русски говорит.
Основное движение отмечается в лавках, торгующих едой. Запахи готовой продукции на всю улицу. Тележки с фруктами и овощами. Всё перемешано, идёт одно за другим — кебаб и антиквариат, картошка и рубины, менялы и попрошайки. На видео, что представлено ниже, показана и Чиккен Стрит, и другие улицы афганской столицы.
Министерством информации и культуры Афганистана.
Уже говорил, что был установлен контакт с представителем этой организации. Назвался он как Гасан Абдурахман Хоттаб, глава туристического сервиса. Велел зайти к нему по прибытии в Кабул. Посулил выдать какое-то разрешение для путешествия по Афганистану. Я попросил написать адрес, по которому находится его контора. Чиновник ответил, что я могу взять адрес с карты. Я так и сделал.
Нашёл это место, встал у ворот. Это, прямо сказать, уже подвиг. Ибо дорожное движение несёт тебя как щепку. А стоять здесь совсем нельзя — госучреждение. Я бегом к охране. Это министерство? Да. Информации и культуры? Нет, коммуникаций и связи. А культуры где? Не знаем. Это я удачно припарковался…
Звоню г-ну Хоттабу, трубку не берёт. Дал пару кружков по городу — дозвонился. Мы переехали по другому адресу, говорит. Как же так, я ж просил мне адрес написать… Сейчас, успокаивает, скину адрес на WhatsApp. И тишина в эфире. Я поехал, посмотрел Чиккен Стрит, посетил мечеть Ид-Гах, сфотографировал крепость Бала-Хисар. Телефон молчит. Может быть, конечно, какая-то проблема со связью. Скрин карты с красной стрелкой получил только на следующее утро, по дороге в Бамиан. Так что не удалось повидаться…
Миссия в Кабуле. Завершение.
Из семи достопримечательностей, запланированных к посещению в Кабуле, я посмотрел шесть. Половину, правда, только снаружи, но это уже от меня не зависело. Зато, в качестве компенсации, получил незабываемые впечатления от центра Кабула. Редкая улица обходится без присутствия торговцев. Не магазинов — они везде — а мелких торговцев. Товар лежит на столиках под зонтами, на тележках и прямо на земле. Некоторые носят его на себе. Фото сделано в Кундузе, но и в Кабуле такое повсеместно.
Перед поездкой беспокоился по поводу бензина. Цену примерно представлял, а вот наличие и качество было под сомнением. С наличием разобрался по пути от границы до столицы — топливо есть везде. Ну а в Кабуле проверил качество. Пробная партия бензина нареканий не вызвала, перед выездом из города заливаю уже полный бак. На некоторых АЗС, кстати, предлагают октан-корректоры. Но я не добавлял и ценой не интересовался.
И, последнее.
Были сомнения, какой дорогой ехать дальше, на Герат. Можно по югу, через Кандагар, столицу Талибана. Плюсы — неплохая, вроде, дорога и полная безопасность. Минусы — в стороне остаются некоторые интересные места. К ним идёт дорога по центру страны. Но там глушь дикая. И, как я слышал до поездки, не совсем безопасно. Но сегодня, пока мыл машину, разговорился с местным жителем. Он сказал, что небольшая опасность может быть на совсем мелких дорогах, да и то в ночное время и вдали от населённых пунктов. А в остальном всё прекрасно и замечательно.
Было решено ехать через центр. По любому через Бамиан и озёра Банде-Амир. А там уже, в зависимости от ситуации: или продолжать ломиться прямо, строго на запад, или вернуться назад почти до Кабула и уйти на Герат через Газни и Кандагар. Пообщаюсь с народом, пока буду ехать. Поспрашиваю у водителей, поговорю с бойцами Талибана на постах. Как говорится — война план покажет.
Ещё одно фото с Чиккен Стрит и поехали. Кабул остаётся позади. Продолжение следует…
Фото жгут! Жду предложений.